Чем отличается любой учебник … 2

19 ноября 2017 - Esprit de L’Escalier

 

В своей заметке «Чем отличается любой учебник от художественной или научной литературы?», написанной почти четыре года тому назад, я подчеркнул в первых же абзацах, что его, учебник, отличает БЕЗАПЕЛЯЦИОННОСТЬ утверждений. На это я получил немало критических откликов и замечаний от читателей, оспаривавших мою точку зрения, за что я им искренне признателен.

Это не просто вежливое раскланивание.

Для меня любое возражение – это стимул для дальнейшего, более серьёзного и глубокого, обдумывания моей позиции и доводов.

Для оппонентов – это свидетельство, что они тоже были вовлечены в процесс обдумывания и поиска контрдоводов.

Если спор ведётся цивилизованными людьми цивилизованным образом, то вполне возможно, в нём может-таки родиться ИСТИНА!

 

И, вот, теперь, перечитывая книгу Луи де Бройля «По тропам науки», я прочитал его статью, отрывок из речи, «Преподавание и исследование», которую при предыдущем прочтении, как дурак, вообще пропустил!

Начинается его речь интереснейшим замечанием – цитатой совершенно необыкновенного человека: Шарля Пегю или Пеги или Пегу. (В русскоязычных источниках приводятся разные транскрипции имени Charles Peguy).

Нет ничего более противоположного функциям науки, – писал Пегу в 1909 году, то есть 108 лет тому назад, – чем функции преподавания, поскольку наука требует вечного беспокойства, а преподавание – непоколебимой уверенности!»

Блестящая мысль, на мой взгляд! И высказал её вовсе не учёный и не преподаватель!

 

Шарль Пегу был поэтом и журналистом, по убеждениям социалистом, дрейфусаром, католиком (Римская католическая церковь) и французским националистом. Интересовался немало первыми смелыми попытками авиации и сам прекрасно летал на самолёте. Начало двадцатого века и начало авиации! Его фразы и афоризмы с одинаковым энтузиазмом цитировались и социалистами и «фашистами»! Очевидно это вызвано очень странным и противоречивым сочетанием упомянутых черт характера и убеждений этого интересного человека.

«Тирания всегда организована гораздо лучше, чем свобода»

«Слово не есть одно и то же у разных авторов. Один вырывает его из самых глубин своей души, другой – достаёт из кармана пальто»

Русские аналогии: «За словом в карман не лезет», «Ради красного словца и отца родного не пощадит».

Уйдя на фронт Первой Мировой Войны в чине лейтенанта он пал ОДНОЙ ИЗ ПЕРВЫХ ЖЕРТВ этой войны.

 

Талантливейший физик-экспериментатор Роберт Вуд с семьёй гостил в Европе. В Англии он и работал и резвился, в частности охотно посещал тогда очень популярные авиазрелища, гвоздём программы которых был полёт «лётчика Пегу». Пегу сделал не только «внутреннюю и внешнюю мёртвую петлю», но и пролетел над толпой зрителей горизонтально метров четыреста «вниз головой», провисая на ремнях из открытой кабины, и всё это на высоте не более тридцати метров над землёй! (Вспомните начало фильма «Великий диктатор», где Чарли Чаплин тоже летит на самолёте вниз головой). Естественно, такая отчаянная смелость и в то же время точный расчёт и умение держать примитивный аэроплан на лету, привели Вуда в восторг. Совпадение характеров! На Рождество они поехали в Сан-Мориц. В отеле намечался грандиозный бал-маскарад. И, чтобы не тратить сотни франков на аренду жалких и убогих костюмов, Вуд решил сам соорудить себе костюм. Будучи блестящим физиком-экспериментатором он таки соорудил за три франка: «ПЕГУ ВНИЗ ГОЛОВОЙ»! В костюме этом ухитрялся даже танцевать с дамами, обнимая их «крыльями». За что получил на балу первый приз. (Фотографию этого гротескного костюма можно увидеть в книге Вильяма Сибрука «Роберт Вуд» между страницами 168 и 169)

Через восемь месяцев, 5 сентября 1914 года Пегу погиб.

 

Продолжая мысль Пегу, с которой он согласен, де Бройль пишет:

«Безусловно, что преподавание, по самой сути своей, имеет склонность к догматизму, что оно стремиться придать окончательную, застывшую форму состоянию наших знаний, в действительности же всегда временному. Преподаватель не может непрестанно вводить ограничения или ставить под сомнения свои утверждения; возводя перед слушателями ЗДАНИЕ (выделено мной — ЭдЛ) наших теоретических представлений о том или ином предмете, он не может постоянно демонстрировать его непрочность. Если бы он это делал, то у его учеников, особенно если они очень молоды, создалось бы впечатление о слабости мысли, и они не доверяли бы его авторитету. Сколько раз во время лекций преподавателю приходит в голову мысль, что публично он даёт гораздо более категоричное решение некоторых проблем, чем наедине со своими мыслями»

Прошу прощения за столь длинную цитату, но она была просто необходима.

 

Возвращаясь к высказыванию. Де Бройль, обсуждая его, признаёт тоже удивительную точность и правильность этого «афоризма». А я сопоставил его с моим тоже весьма категоричным заявлением в заметке. Но, потянув за эту ниточку, попробуем вытащить из лабиринта мнений и контрмнений хоть какую-нибудь крупинку рациональности.

Думаю, что никто, в том числе и мои уважаемые оппоненты, не станут подвергать сомнению и эту мысль Пегу и её развитие де Бройлем. Действительно, сама суть преподавания за тысячелетия мало изменилась. Ученикам и студентам даются некие непреложные истины уже потому, что если преподаватель во время лекции начнёт колебаться, и всё время оговариваться, то в головах учеников и студентов останется не некая теория, а каша из разных мнений, тезисов и антитезисов, в общем, полный разброд. По сути же преподаваемого предмета – ничего!

С другой стороны, говорит де Бройль, ведь действительно, преподаватель, уйдя из аудитории в свою исследовательскую лабораторию, отлично знает, что он говорил неправду или полуправду студентам и его работы, пока не ставшие УЧЕБНИКОМ, доказывают как раз противоположное.

Это раздвоение хорошо известно всем преподавателям, даже если они не ведут исследовательской работы.

 

Вспоминаю и такой эпизод. Моя знакомая, кандидат физико-математических наук, ставшая доцентом на кафедре физики престижного московского ВУЗа, получала письма от своего бывшего однокурсника, который весьма оригинально толковал некие давно известные законы физики и, указывая на их неточность, предлагал свои, более логично подкреплённые идеи. Одно из его объяснений так ей понравилось своей строгостью и одновременно, неожиданностью, что она захотела включить его в курс своих лекций. Я же категорически отсоветовал ей делать такой шаг по причине чисто юридической. Не подвергая критике мысли однокурсника, я просто заметил ей, что её обязанность читать УСТАНОВЛЕННЫЙ Мнистерством Высшего Образования РФ курс физики по принятым учебникам. Работа же её однокурсника никак не соответствовала этому критерию. Она была ВНЕ материала, рассмотренного и рекомендованного Академией Наук и Министерством. Потому и не подлежащая преподаванию, пусть даже идея эта была самой гениальной!

 

Итак, вечный вопрос русской интеллигенции: ЧТО ДЕЛАТЬ?

Для ответа на этот вопрос надо обратить внимание на некий образ, всегда мелькающий и многократно упоминаемый практически всеми учёными мира в их статьях, предназначенных для более или менее широкого круга читателей. Образ этот: ЗДАНИЕ! ХРАМ НАУКИ! Храм теории!

Нет, практически, ни одного учёного, который бы в популярных своих работах не рисовал этот величественный, одним своим видом внушающий почтение, силуэт перед нашим мысленным взором.

Как раз ПРОТИВ этой метафоры я возражал и продолжаю возражать, вернее против того, ЧТО стоит за этим образом. Всё верно, столетиями десятки и сотни выдающихся умов человечества строят это мощное здание, отдавая ему все свои духовные силы, упорство и талант. И, действительно, их труд вознаграждается – вырастает нечто прочное, величественное, внушающее восторг, трепет и преклонение! Но вот, на неком полигоне, какой-то учёный-чудак, дёргает за спусковой шнур пушки и снаряд, под названием «ЭКСПЕРИМЕНТ», вылетает из жерла орудия, но, почему-то летит вовсе не к цели, на которую был тщательно наведён ствол орудия, а вдруг улетает куда-то в сторону и со страшной силой ударяет именно в этот храм величественной теории. И весь храм, в мгновение ока превращается в груду развалин, под которыми барахтаются бедные молящиеся!

Всё! Рухнул храм, созидаемый веками и талантами!

От одного шального безжалостного снаряда-эксперимента!

НО ЭТО ТО, ЧТО ЕСТЬ ОБЫЧНАЯ ИСТОРИЯ НАУКИ!

 

В своих заметках «Эйнштейн едет в Японию», «Крылья вместо мастерка каменщика», «О чём думают птицы» я предлагаю некую альтернативу существующей системе образования, идущей аж из пещеры шамана.

Не строить здание теории, храм или даже лабиринт! Воспитывать молодое поколение думающим самостоятельно, недогматично. И потому я говорю не о строительстве, а о развитии и совершенствовании МЫСЛИТЕЛЬНОГО КРЫЛА. Набегающие на него всё новые струйки знания ничего НЕ обрушивают, ибо НЕТ величественной, но намертво врытой в землю ПОСТРОЙКИ. А крыло мышления использует, если УМЕЛО НАУЧЕНО, ПОВОРАЧИВАЯСЬ под нужным углом, как крыло птицы, ЛЮБУЮ СТРУЙКУ ЗНАНИЯ для усиления своей подъёмной силы, всегда направленной вверх. И не надо будет копошиться под развалинами очередной теории, а лишь сманеврировав, обогнуть воздушную яму и влететь в новый поток, способствующий подъёму.

 

Всё это, Эспри, – скажет мне любой, -- выглядит у вас прекрасно НА СЛОВАХ, а КАК КОНКРЕТНО реализовать это «окрыление»?

 

Давать ученикам некие явления (в честном и детальном описании или, ещё лучше, в наглядном опыте), а объяснение пусть придумают САМИ! После их попыток, совершенно неумелых и неудачных, но СВОИХ, дать соответствующий явлению закон, но не как ЗАКОН (читай ДОГМА!), а как гениальную догадку того же Ньютона, или Фарадея, или Максвелла, или Дарвина, или Шеррингтона и так в любой области человеческого знания, включая и искусство (литературу, музыку и прочее)!

Нет догм! Нет «законов», созданных ГЕНИЯМИ! Есть ТАКИЕ ЖЕ, КАК У ВАС, дорогие ученики, догадки, но более удачные. И ваша, дети, задача, подражать им и стараться додумываться до всего, как они! Это всецело в ваших интересах и в ваших силах!

В детях и юности заложен огромный потенциал к творчеству и самосовершенствованию, просто

современно-первобытная шаманская метода подавляет все росточки самостоятельного думания и фантазии.

 

Как-то я произвёл такой эксперимент. Сделал вручную примитивный электромагнит с малым активным сопротивлением. Собрал источник питания, заряжающий цепь конденсаторов до трёх тысяч вольт. Показал двум десятилетним мальчикам эксперимент с объяснением, что я делаю. Положил на магнит алюминиевый диск весом грамм 30-50. Зарядил конденсаторы, а затем разрядил их через магнит. Массивный диск со звоном взлетел в воздух и ударился о потолок. Повторил несколько раз этот опыт. А затем сказал: Придумайте объяснение этому явлению.

Дети понятия не имели об электромагнитной индукции Фарадея и о правиле Ленца. И за час бесед и обсуждений сами ОТКРЫЛИ ЗАКОН ИНДУКЦИИ И СФОРМУЛИРОВАЛИ ПРАВИЛО ЛЕНЦА!!!

Вопреки уже виденному по телевизору и известному из повседневной практики явлению, что магнит ВСЕГДА ПРИТЯГИВАЕТ!

 

В другой раз научил пятилетнюю девочку показывать фокус: Она натирала бумажной салфеткой тяжёлую пластмассовую салфетку, которую обычно используют вместо скатерти, и приближала её к стене. Салфетка «прилипала» к ней и не падала. Объяснил девочке основы статического электричества. Девочка не только поняла, не только потом дома поражала всех своим фокусом, но и объяснила вошедшему дедушке, что мы НЕ ИСПОРТИЛИ СТЕНЫ КЛЕЕМ, как он подумал, а лишь наэлектризовали салфетку трением бумаги! «Дедушка, – закричала она, когда он с упрёками обратился ко мне, – никакого клея мы не намазывали! Мы просто её зарядили электричеством!» И торжествующе сняла с треском отстающую от стены салфетку не оставив на ней следа!

 

Возражение: А когда же ученики будут получать ЗНАНИЯ?

Ответ: Знания – дело наживное. Исходя из «Закона Оптимального Знания» главное -- это не количество знания, а умение его обработать! Этому и посвящено указанное обучение-окрыление!

И любой молодой человек, научившийся хорошо думать, то есть обрабатывать получаемую информацию, без труда освоит и необходимое знание, но не догмы! У него уже на уровне рефлексов разовьётся способность отыскивать и ОБРАБАТЫВАТЬ любое знание!

Мышление получится гибким, изобретательным, аналитически-синтетическим и умеющим принимать любое НЕОБХОДИМОЕ знание.

 

А ведь прав был поэт Пегу!

16 Х 2017

Рейтинг: 0 добавить в избранное

Загрузка комментариев...


← Назад